Пример истерической структуры в фильме “Красота по-американски”, реж. С. Мендес

 Рубрика PSYART

В этом небольшом эссе предпринята попытка анализа характера персонажа Кэролайн Бернем и выдвинуто предположение об истеричности её психической структуры.
В общих чертах представлен также ведущий конфликт истеричной личности с опорой на визуальность фильма.

Жизнь Кэролин Бернем подчинена буржуазной идеологии, которую она столь высоко ценит. Она находится в поиске статуса в поле социального признания, пряча за маской успешной, всегда улыбающейся женщины хрупкое Я и неустойчивую идентичность. Кэролин следует устоявшемуся образцу счастья, от веры в «Дом мечты» до автомобиля и садовых принадлежностей. Ее цель – поддерживать имидж успешного человека. Этически – это убежденный потребитель, взращенный на ниве либерального дискурса. Кэролин жаждет «красоты по-американски», веря, что только обладая всей статусной атрибутикой она сможет вкусить счастье.

Мечты, жизнь являются торговлей Кэролин. «Я продаю имидж и частью моей работы является создание этого имиджа и наполнение его жизнью». Презентуя дом для потенциальных покупателей, ее совершенно не интересуют их желания и потребности, она желает продать ратифицированный образ счастья, в который верит сама. И в тот момент, когда покупатели говорят, что бассейн – это просто цементная дырка, а не лагуна с водопадом и тропиками, как она им обещала, неуверенная конструкция ее фантазий рушится. Ее собственное представление о «House Beautiful» не котируется среди тех, кому она стремиться его продать. Отчасти поэтому она остается невидимой в профессиональной среде.

Натура Кэролин Бернем представлена в фильме как единственная фигура власти в доме. Семейная фотография, на которой Кэролин сидит в центре, иллюстрирует разницу в статусах ее и остальных членов семьи. Величественные позы, которые принимает Кэролин на протяжении всего фильма, также подчеркивают ее превосходство и доминирование. Например, сцена, где она входит в дом, который должна продать. Кэролин широко распахивает двери. Подобное движение можно увидеть и в сцене, когда она обнаруживает, что ее муж купил автомобиль. Войдя в комнату, она останавливается в дверях, раскинув руки. Кэролин появляется величественно, занимая собой все пространство. Это желание занять пространство вторит ее привычке монополизировать любой разговор. Миссис Бернем необходимо привлекать к себе внимание, быть в жизни мужа каждый день, как и на фотографии – быть в центре.

Кэролин – та, кто «мнит себя законодателем». Это она выбирает музыку для семейных ужинов, время отъезда на работу, марку автомобиля, указывает, как вести себя в обществе и притворяться счастливым и т. д. Кэролин восседает за рулем семейного авто, пока ее муж досыпает на заднем сиденье. Она стремится устанавливать свои правила, навязывать дисциплину, все держать под контролем, чтобы защититься от того, что она полагает слабостью: проявление чувств и обнаружение шаткости своей идентичности. Также как и следование социальным нормам все это обеспечивает ей чувство стабильности.

Кэролин грубо олицетворяет собой «кастрационную машину», не давая никаких шансов, она способна ослабить Лестера и свести на нет любое чувство мужественности. Впервые ее персонаж появляется, срезая розы в саду. «Это моя жена Кэролин. Видите, рукоятка ее секатора подходит по цвету к ее садовым туфлям. Да, так и задумано», — слышим закадровый голос Лестера Бернема. Миссис Бернем является угрозой для самой природы, которая символизирует чувственное начало человека, его порывы, влечения. Можно сказать, что цветы, срезаемые Кэролин, это и символ юного тела Анджелы. Девушка в окружении свободно парящих алых лепестков как образ природы и желания – двух элементов, которые Кэролин пытается контролировать. Мы также узнаем, что Кэролин срубила дерево бывших соседей. Дело в том, что «значительная часть корневой системы приходилась на ее землю». «Я бы не решилась срезать что-то, что не было бы частично моим!», объясняет она свой поступок.
Наверное, и фалличность мужа ощущается ею как нечто, частично принадлежащее ей. «Твоя мать держит мой член в стеклянной банке под раковиной», — говорит Лестер. В паре Бернемов разворачивается диалектика фаллического обмена. Чтобы получить доступ к собственному желанию, Лестер должен сначала отказаться от обязанностей, которые определяли его идентичность до сих пор, он пробует истребовать фаллос у жены и отказаться от позиции подлежащего. Только благодаря фригидности Кэролин способна функционировать и фантазия Лестера. Сцена, где он находится в постели с женой, мечтая об Анджеле, поляризует представления о женской сексуальности, в котором Кэролин представляется холодной и невозбуждающей женой, а Анджела – соблазнительной и благоволеющей нимфеткой.
Другая сцена, в которой Кэролин видит мужа мастурбирующим, обнаруживает непримиримость и отвращение Кэролин к сексуальному. Она говорит: «Это отвратительно!» точно также, как ее дочь Джейн говорит подруге, болтающей на темы секса, — «мерзость!». Миссис Бернем выступает как агент, подавляющие любое проявление чувств и сексуальных желаний. Она выражает собой мощь кастрации, отказываясь выразить Лестеру свои потребности и удовлетворить их, вынуждая и его играть роль. Она бросает ему обвинения, но вместо открытого разговора каждый раз выбирает диалог с самой собой.

Речь Кэролин запрещает любой импульс или действие, которое не было бы результатом дальнейшего размышления. Кэролин запрещает себе весело провести время с мужем из-за возможного загрязнения дивана. Лестер вспоминает, что когда-то она была другой: соблазняющей, провоцирующей, игривой, презирающей условности. Но теперь она контролирует все: от чистоты дивана до сексуальных страстей. «Это просто диван! Это не наша жизнь! Это просто вещи! И они стали для тебя важнее, чем сама жизнь», — кричит ей Лестер.
Мы слышим наставление, которое она озвучивает собственной дочери: «Ты не можешь рассчитывать ни на кого кроме себя». Она выкрикивает Джейн свою боль: в детстве Кэролин их семья была бедной и не имела возможности купить отдельный дом. Быть может, поэтому вещи, материальные объекты стали для нее «важнее самой жизни»? Сделали из нее потребителя современного общества, социальный дискурс которого призывает: «Пользуйся и наслаждайся! Тебе не обязательно знать, чего ты хочешь, за тебя уже все продумано». Материальные ценности и счастье для Кэролин взаимосвязаны.

Хрупкая, слабая Кэролин, которая боится неудачи, непризнания, бедности соседствует с Кэролин идеальной, «холодной перфекционисткой», которая должна соответствовать образу успеха. Эту неустойчивость в восприятии себя, трудности объединить оба аспекта личности можно наблюдать в нескольких эпизодах фильма. Во-первых, в неспособности сделать себе имя в профессиональной деятельности. Во-вторых, открытие Кэролин своей неудачи как «образцовой матери». Сначала в сцене разговора супругов, когда они едут на шоу к дочери. Лестер замечает, что Джейн ненавидит не только его, но и Кэролин тоже. Мы видим ее ошеломленное лицо: ненависть дочери не вписывается в проект ее «идеального счастья». То же самое происходит и в сцене, когда Джейн говорит, что не только отец, но и мать – «придурки».
Но, конечно, самые важные сцены, отражающие безуспешность попыток Кэролин «выстроить» свой характер, это сцены, где прорывается ее эмоциональность, которую ей с таким трудом удается контролировать. Невозможность продать дом сталкивает ее с собственной кастрацией, с нехваткой, вынести которую она не в состоянии. В этот момент Кэролин словно раздваивается. Она говорит сама с собой. Но будто кто-то Другой отчитывает ее в это время: «Заткнись! Хватит! Слабачка! Дура несмышленая!» Похожая сцена разыгрывается и во втором эпизоде семейного ужина, когда Лестер заявляет о том, что бросил работу. Когда муж устанавливает свой собственный закон в доме (буквально, присваивая себе фаллос) монолог Кэролин перерастает в истеричный диалог с собой. Каждый раз, когда она сталкивается с обнаружением собственной нехватки, Кэролин близка к диссоциации.

Неудивительно, что единственный человек, с которым она в итоге изменяет мужу, — это Бадди Кейн, «король недвижимости». Человек, который представляет ее Идеал-Я, перед которым она трепещет и даже «не льстит себе мыслью играть в одной лиге». Главный завет Бадди Кейна: «Для того, чтобы добиться успеха, нужно постоянно выглядеть успешно» полностью совпадает с ее мировоззрением. Она встает на путь соблазнения «достойного конкурента», чтобы отобрать фаллос, которым, по ее представлениям, он обладает. Переспав с ним, Кэролин чувствует себя королевой. «Именно это мне и было нужно. Королевское обращение. Я была так подавлена», — говорит она. «В таких ситуациях, – делится Бадди еще одним секретом, – я стреляю. В тире. Ты должна попробовать. Ничто не дает большего ощущения силы». Теперь Кэролин знает, каким образом можно вернуть себе власть и контроль, если привычный мир разваливается и выходит из-под ее подчинения. Пистолет, из которого она позже с таким удовольствием учится стрелять, демонстрирует иллюзию обладания желанным фаллосом.
Кэролин выбирает не видеть, что для Бадди она только трофей. Он не помнит ее имени, не знает ее интересов, и он бросает ее сразу же, как только их связь раскрыта. «Дорогостоящий развод» с собственной женой и пятно на репутации ему ни к чему.
Конфликт между желанием отпустить и тем чтобы продолжать держать все под контролем, в конце концов приводят к тому, что Кэролин теряет самообладание. Тот, кто утратил власть, может восполнить ее с помощью огнестрельного оружия, считает она. Пока этот символ лежит рядом на сиденье машины, Кэролин уверена и радостно поет «I am gonna live and live now, Get what I want, I now how». Но после разрыва с Бадди, вновь столкнувшись с действительностью, Кэролин, наконец, перестает сдерживать себя. Свою боль, обиду, отверженность она исторгает в пронзительном крике. Иллюзии разрушены, праздник испорчен и льет сильный дождь, будто в противовес тому солнечному дню, когда Кэролин распевала в машине «Nobody don’t, nobody is gonna rain on my parade».
В конце истории она уже не «be at bat» (английское выражение из бейсбола — «стоящий у власти», «играющий главную роль»). Кэролин понимает, что если револьвер и дарит ощущение всемогущества, он все-таки орудие убийства. Насилие не может идти рука об руку с мечтой об идеальном счастье. Об этом, возможно, и плачет Кэролин, обнимая рубашки своего мужа, ужаснувшись силе агрессивного импульса, который она так долго вытесняла и к реализации которого была так близка.

Можно предположить, что в случае Кэролин речь идет об истерической структуре. Суть истерического невроза: иметь (обладать) фаллос. Истерик продолжает верить, что существует большой Другой, у которого он есть. Он верит, что Другой может сделать его счастливым, успешным и т. д. Он идеализирует объекты и верит, что если сможет соблазнить «фаллического» Другого, то, встроившись в его желание, он сумеет этот фаллос отобрать. В речи он превозносит и восхищается тем, кого считает потентным, успешным, и унижает, демонстрирует превосходство над тем, кто не обладает этими качествами. Истеричный субъект функционирует в диалектике «быть кастрированным, (знать о свое нехватке, отдавать фаллос) и отбирать фаллос, чтобы прикрыть нехватку». Он задает вопрос в отношении реального «а»: «Мне не хватает (фаллоса), и это необходимо исправить». Он ищет Господина, которого хочет подчинить. Жизнь истерического субъекта завязана на постоянном соблазнении, игре, самообмане. Движение есть, пока запущен процесс соблазнения. Как только соблазнение происходит, все начинается снова.
Истерик прошел логику Эдипа, он кастрирован и знает об этом, но ему необходимо создавать видимость, вуалировать собственную нехватку, продолжать демонстрировать, что он является обладателем фаллоса.
Он замещает собственное желание желанием Другого, веря, что если он исполнит его желание, то тогда Другой исполнит его. Но неизбежно наступает момент, когда истерик теряет всякое понимание о том, чего хочет он сам.
Истеричного субъекта всегда волнует вопрос любви и признания в глазах окружающих. «Являюсь ли я желанным? Каким я должен быть, чтобы быть признанным?».

Автор: Кривуля Надежда, психоаналитик

Последние записи

Введите текст и нажмите «Ввод» для поиска

error: Content is protected !!